Перейти к содержимому страницы
Открыть поиск
Открыть меню
  • 3,4 тыс. статей
  • 4 пользователей
  • 43,6 тыс. правки
Вече
Переключить меню настроек
Открыть персональное меню
Вы не представились системе
Ваш IP-адрес будет виден всем, если вы внесёте какие-либо изменения.

Джунгарское ханство

Материал из вики «Вече»
Дополнительные действия
Кочевое государство
Джунгарское ханство

калм. Зүнһар хаант улс
монг. Зүүнгарын хаант улс

ᠵᠡᠭᠦᠨ
ᠭᠠᠷ
ᠤᠨ
ᠬᠠᠭᠠᠨᠲᠣ
ᠣᠯᠣᠰ
Джунгарское ханство в XVIII веке
Джунгарское ханство в XVIII веке
← Дурбэн-Ойрат
Монголия в составе Цинской империи →
1635 — 1755 или 1758[1][2]
Столица Урга
Крупнейшие города Яркенд, Кашгар, Турфан, Аксу, Курля, Уч-Турфан, Янги-Хисар, Бай, Куча, Карашар, Хотан, Хами, Ташкент, Туркестан, Самарканд, Ходжент [см. подробно ➤]
Язык(и) ойратский, чагатайский
Религия тибетский буддизм сосуществующий с культом Тенгри и шаманизмом, ислам
Денежная единица пул
Площадь 3 600 000 км² (1650)[3]
Население 600 000 ойратов (сер. XVIII века)
Другие: уйгуры, алтайцы, тувинцы, енисейские кыргызы, казахи, киргизы
Форма правления наследственная монархия
Династия Чорос
Законодательство общеойратское: Степное уложение
локальное: Указы Галдана
Главы государства
Хунтайджи
 • 1635 — 1653 Эрдэни-Батур
 • 1653 — 1670 Сенге
 • 1671 — 1678/79 Галдан-Бошогту
Хан
 • 1678/79 — 1697 Галдан-Бошогту
Хунтайджи
 • 1697 — 1727 Цэван-Рабдан
 • 1727 — 1745 Галдан-Цэрэн
 • 1746 — 1749 Цэван-Дорджи
 • 1749 — 1753 Лама-Дорджи
 • 1753 — 1755 Дабачи
Нойон
 • 1755 — 1757 Амурсана
Преемственность

Предшественники:

Преемники:

Джунгарское ханство (в старорусских источниках также Зюнгарское ханство; в дореволюционной литературе чаще именовалось Ойратским ханством; старомонг. ᠵᠡᠭᠦᠨ
ᠭᠠᠷ
ᠤᠨ
ᠬᠠᠭᠠᠨᠲᠣ
ᠣᠯᠣᠰ, jegün γar-un qaγan-tu ulus; калм. Зүнһар хаант улс; монг. Зүүнгарын хаант улс; также калм. Дөрвн өөрд улс — «Государство Четырёх Ойратов», калм. Догшн Зүнһарин Нутг — «Грозный (Свирепый, Бешеный) Зюнгарский Нутуг (государство)») — ойрат-монгольское государство, существовавшее в XVII—XVIII веках на территории, которая в настоящее время относится к Китаю, Монголии, Казахстану, Кыргызстану, Таджикистану и России (Тува и часть Алтая), и занимавшее земли от Кашмира, Тибета и Китая на юге и юго-востоке до юга Сибири на севере и от Кокандского и Бухарского ханств на юго-западе до Халха-Монголии на северо-востоке, включая в себя озеро Балхаш, Семиречье, озеро Кукунор, горы Тянь-Шань и Алтай, долину реки Или, а также верховья Оби, Иртыша и Енисея[4].

Государство было основано в 1635 году Эрдэни-Батуром, принявшим титул «хунтайджи» от Далай-ламы V. Годы правления Цэван-Рабдана (1697—1727) ознаменовались ростом могущества Джунгарского ханства, достигшего наибольшего подъёма в царствование его старшего сына Галдан-Цэрэна (1727—1745). По мнению ряда историков, Джунгарское ханство считается «последней кочевой империей»[5].

Этимология

В переводе с калмыцкого и монгольского языков jagun γar, jegiin ğar, зүң һар, зүүн гар, зюнгар, означает — «левая рука (крыло)». Термин «левая рука (крыло)» традиционно связывают с левым крылом армии Монгольской империи[6]. Монгольское войско делилось на 3 части: центр (кэль, или хол), правое крыло (барунгар) и левое крыло (джунгар). Востоковед А. М. Позднеев писал что, ойраты в период завоевательных походов Чингисхана всегда находились на левом крыле монгольской армии[7].

Ойраты начиная с XVII века стали известны как джунгары, в китайских источниках — элюты или олюты (искажённое в китайской транскрипции слово «ойрат»). Джунгарский союз образовался в начале XVII века путём объединения нескольких ойратских племён и родов во главе рода Чорос, под руководством Хара-Хула-тайши потомка тайшей Тогона и Эсэна[4].

Территория

Карта Джунгарского ханства составленная Йоханом Ренатом — шведским офицером на службе джунгарского хунтайджи Цэван-Рабдана

Джунгарское ханство сформировалось на территории Центральной Азии и Южной Сибири. В период своего расцвета оно включало в себя значительную часть Центрального, Южного и Юго-Восточного Казахстана, Западной Монголии, Южной Сибири, практически весь Восточный Туркестан (современный Синьцзян-Уйгурский автономный район КНР)[8].

Ко второй четверти XVIII века Джунгарское ханство занимало огромную территорию, простиравшуюся с востока на запад — от Чёрного Иртыша до реки Талас (около 1300 км), с юга на север — от вершины Хан-Тенгри до озера Балхаш (около 600 км), а на северо-запад — от горы Богдо-Ула до Приаральских Каракумов (около 1300 км)[9].

История

Предыстория

Фрагмент карты Петра Великого, составленной пленными шведскими офицерами приблизительно в 1720—1725 годах, среди окружающих Россию государств зелёным цветом выделено Джунгарское ханство[10]

В результате конфликта между монгольской династией Северной Юань и ойратами в 1399 году ойраты под предводительством Махаму и Угэчи Хашигу захватили власть в Монголии и создали Ойратскую конференцию (1399—1634). Угэчи Хашигу узурпировал ханский престол в Монгольском каганате и отменил прежнее название Юань, учредив новое название владения Дадань.

Сын и внук Батулы — Тогон и Эсэн правили Монголией от имени марионеточных ханов Чингизидов. В 1449 году ойрат-монголы под предводительством Эсэна, разгромили 500-тысячную китайскую армию в местности Туму, захватив в плен императора Чжэнтуна. В 1453 году Эсэн узурпировал ханский престол и объявил себя великим ханом Монгольской империи. В 1454 году Эсэн в результате заговора был убит. В 1468 году объединённые силы монголов во главе с Мандухай-хатун в местности Таш-Тураду нанесли поражение ойратам.

Более века спустя Тушэту-хан Абатай, вёл ожесточённую борьбу с ойратами, закончившуюся их покорением в 1577 году в битве при Хубхэр-Гэрийн (Кубкэр-гэрийн). В том же году Абатай-хан объявил своего сына Субагатая ойратским ханом. Приблизительно в это же время против ойратов выступил другой халхаский правитель — Сайн-Лайхор-хан, который дал им бой в устье реки Эмель, но потерпел поражение[11]. После смерти Абатай-хана в 1586 году, ойраты восстали и освободились от зависимости, убив Субагатая.

В 1587 году хотогойтский Шолой Убаши попытался восстановить власть монголов над ойратами. Этим он начал длительную монголо-ойратскую войну. Впрочем, из-за несогласованности с союзником Шолой Убаши потерпел тяжёлое поражение[12].

В начале XVII века потомок Эсэна — Гумэчи, носивший титул «Хара-Хула-тайши», возглавил объединение ойратских племён, объединившихся под именем «джунгары»

В 1609 году Шолой Убаши начал второй поход против ойратов, но снова потерпел поражение, поэтому вынужден был отступить из всех ойратских земель. В 1614 году Шолой Убаши начал новую военную кампанию против ойратов, возглавив 80-тысячное войско. На этот раз она была довольно успешной. Того же года нанёс поражение Байбагасу, правителю части ойратских племён. В 1615 году Шолой Убаши одержал победу над ойратами во главе с Хара-Хулой[13].

В 1620 году Шолой Убаши подчинил ойратов, кочевавших у реки Чёрный Иртыш. В 1623 году возобновилась война с ойратами, которую возглавили Хара-Хула и Байбагас. Но Убаши-хунтайджи нанёс решительное поражение 36-тысячной армии ойратов. В результате практически полностью были покорены ойратские племена. Впрочем в 1627 году Хара-Хула вновь возглавил ойратское сопротивление. В этой войне Шолой Убаши-хунтайджи потерпел поражение и погиб[13].

Возникновение государства

В XVII веке ойраты на основе союза Дурбэн-Ойрат, создали Джунгарское ханство. Основание ханства относится к 1635 году или 1676 году. Как считает большинство историков, государство создалось в первый год правления Эрдэни-Батура. Но некоторые историки считают, что Галдан-Бошогту создал Джунгарское ханство, то есть государство возникло не раньше середины 1670-х годов. В 1676 году борьба Галдан-Бошогту за власть окончилась[14].

Будущие правители Джунгарского ханства принадлежали к роду Чорос и являлись потомками ойратских тайшей Тогона и Эсэна.

В этот период из ойратов лишь хошутский тайши Туру-Байху носил титул хана, в то время как дербетский Далай-Батыр-тайши считался наиболее могущественным. Сын Хара-Хулы, Батур-хунтайджи, присоединился к тибетской экспедиции Гуши-хана, получив в награду от Далай-ламы V титул «Эрдэни» — Драгоценный. В результате военно-политической экспансии и столкновений с Маньчжурской империей Цин, Россией, государствами и племенными союзами Средней Азии, с 1635 по 1679 год территория Джунгарского ханства значительно увеличилась.

Джунгарское ханство в годы правления Эрдэни-Батура (1635—1653) и Сенге (1653—1671)

В 1640 году по инициативе Эрдэни-Батура ойратские и халхаские правители провели общемонгольский съезд, на котором приняли Степное Уложение, установившее единые законы для всех монгольских владений и определившее буддизм школы гелуг в качестве единой религии.

В 1643 году он совместно с Аблаем-тайши и хотогойтским Омбо-Эрдэни, вторглись в пределы Казахского ханства, но данный поход для них окончился неудачей. Ойрато-казахская война 1640—1650 годов XVII века в конечном счёте принесла победу ойратам. В 50-х годах восточная часть Семиречья, а также территория между верховьями Иртыша и озера Балхаш находилась в зависимости от Джунгарского ханства[15].

В 1653 году Эрдэни-Батуру наследовал его сын Сенге[16]. Начавшуюся с 1657 году военную конфронтацию с собственными сводными братьями Цэцэн-тайши и Цзотбой-тайши, Сенге преодолел при помощи хошутского Очирту-Цецен-хана. В середине XVII века, в годы правления Сенге, участились наступательные походы ойратов в Моголистан. В 1664 году Сенге во главе пяти тысяч отборных бахадуров сражался под Керией[17]. В 1667 году он одержал победу над последним Алтан-ханом Эринчин-Ловсан-тайджи, окончательно устранив угрозу джунгарам со стороны Хотогойтского ханства. Хотогойсткое ханство было уничтожено, а кыргызские улусы перешли под власть Джунгарского ханства[18].

Защищая своих новых подданных от попыток российских воевод подчинить себе кыргызских «князцов» и их кыштымов, Сенге бросил свои войска против русских острогов в Южной Сибири. В результате ряда военных кампаний российская экспансия в Саяно-Алтай была приостановлена, а кыргызские князья стали проводниками джунгарской политики в регионе[18].

При Сенге продолжалось укрепление внутриполитического положения Джунгарского ханства и расширение его территории, однако в 1670 году он был убит сводными братьями Цэцэном и Цзотбу, не переставшими претендовать на престол[19].

Самыми характерными чертами правления Эрдэни-Батура и Сенге, были, во первых, установление дипломатических связей с Хошутским и Калмыцким ханствами; во вторых, стремление к ликвидации междоусобной войны и объединению нойонов для укрепления феодального строя и отражения внешних угроз; в третьих, дальнейшее распространение тибетского буддизма школы Гелуг[20].

Правление Галдана-Бошогту (1671—1697)

Узнав об убийстве Сенге, из Тибета немедленно возвратился его младший брат Галдан. Он вместе с Очирту-Цецен-ханом убил Цэцэна, а Цзотбу изгнал из Джунгарии. Впоследствии он женился на внучке (или дочери) Очирту-Цецена — Ану.

В 1671 году Галдан получил от Далай-ламы титул хунтайджи, однако Очирту-Цецен, опасаясь растущего влияния Галдана, объединился с Чохур-Убаши, отказавшимся признавать главенствующие положение Галдана. Победа Галдана над оппозицией в 1676 году закрепила его главенствующее положение в ойратской конфедерации. 30 июня 1678 года Далай-лама V официально даровал Галдану титул «Бошогту-хан» («Благословенный хан»)[21] или «Галдан-Тензин-Бошогту-хан» («Благословенный хан веры, опора учения»)[22]. Согласно другой версии он получил этот титул в 1679 году после покорения Восточного Туркестана[23].

Экспансия ойратов в годы правления Галдана-Бошогту

Основные статьи: Ойрато-могольские войны и Казахско-джунгарская война (1681—1684)

Новый виток активизации военной экспансии ойратов был связан с приходом к власти бывшего буддийского монаха, а впоследствии жёсткого и энергичного правителя — Галдана-Бошогту-хана[18].

Придя ко власти в Яркенде Исмаил-хан активно боролся с белогорскими ходжами во главе с Аппаком. Оказавшись не в состоянии противостоять хану, Аппак-ходжа вынужден был покинуть страну. Он решил призвать на помощь ойратского государя Галдан-Бошогту-хана. Галдан без особого сопротивления занял Яркенд, сверг Исмаила, посадил Аппака на ханский престол. Датировка завоевания ойратами Восточного Туркестана расходится, одни источники называют 1678—1679 годы, другие 1680—1683 годы. Города Восточного Туркестана были обложены данью и начали поставлять воинов в ойратские армии[18].

В первой половине 80-х годов XVII века, опираясь на материальные ресурсы Восточного Туркестана, а также на покорённые ойратами народы Южной Сибири, Галдан нанёс тяжёлые поражения казахам и узбекам, подчинив своей власти Семиречье[24]. Умело используя внезапность и стремительность джунгарские полководцы брали один за другим южноказахстанские города. В 90-х годах XVII века Галдан-Бошогту был занят войной с Цинской империей. Война эта отвлекла внимание Галдана от казахских владений[25].

Первая ойрато-маньчжурская война (1688—1697)

Основная статья: Первая ойрато-маньчжурская война

В 1687 году между Джунгарией и Халхой вспыхнул военный конфликт. В 1688 году Галдан-Бошогту-хан во главе 30-тысячной армии вторгся в Восточную Монголию (Халху). В ряде сражений войска Тушэту-хана Чихуньдоржи были разгромлены. К концу 1689 года Халха была оккупирована джунгарами. Мечта Галдана объединить различные монгольские племена Центральной Азии была близка к осуществлению. Однако на стороне халхаских ханов в войну вступила могущественная Цинская империя. Началась длительная эпоха джунгаро-цинского противостояния в Центральной Азии. Полем противоборства двух воинственных империй стали Монголия, Южная Сибирь, Восточный Туркестан и Тибет[26].

Правление Цэван-Рабдана (1697—1727)

Карта Джунгарии капитана Ивана Унковского (1722—1723)

Цэван-Рабдан продолжая политику отца Сенге (1653—1670) и главным образом дяди — Галдана (1671—1697), укреплял центральную власть и экономику ханства, поощрял землепашество и развитие ремёсел, промыслов и торговли. Стремился расширить границы ханства, для чего вёл ряд успешных войн с казахскими феодалами. Годы правления Цэван-Рабдана ознаменовались ростом могущества Джунгарского ханства, достигшего наибольшего подъёма в царствование его старшего сына Галдан-Цэрэна (1727—1745)[27].

Войны с казахами

Основные статьи: Казахско-джунгарские войны и Казахско-джунгарская война (1723—1729/30)

В 1698 году 40 тысячная джунгарская армия разгромила казахские улусы Старшего жуза, захватив значительное количество пленных[28]. В 1702 году казахские войска предприняли поход против Джунгарского ханства в ответ на джунгарские нападения 1698 года. Поход оказался неудачным. Уже в 1703 году Тауке-хан и Каип-султан направили посольство к джунгарам с целью заключения мирного соглашения. В 1708 году ойратские войска вновь вторглись на территорию Старшего жуза. Опасаясь разгрома и истребления, значительные массы казахов были вынуждены покинуть свои земли и искать убежище в Ташкенте. Впоследствии благодаря достигнутому единству и скоординированным военным действиям казахские ополчения смогли одержать несколько побед над джунгарами в 1711—1712 годах[29].

Достигнув кратковременной внешнеполитической стабилизации на южных и восточных рубежах Джунгарии, Цэван-Рабдан в 1716 году направил свои войска на казахские кочевья. Ойратская армия под командованием Цэрэн-Дондука разбила казахское ополчение и захватила значительное количество пленных[30]. В 1717 году на реке Аягоз джунгары одержали победу над значительно превосходящими войсками Абулхаира и Каипа[31].

В течение 1723—1725[32] годов джунгары заняли Южный Казахстан и Семиречье, разбив казахское ополчение; в зависимость от них попали узбекские территории с Ходжентом, Самаркандом и Андижаном, а затем была захвачена Ферганская долина. Большая часть Старшего и Среднего жузов были разбиты и стали данниками Цэван-Рабдана[33][lower-alpha 1]. Эти годы вошли в историю Казахстана как «Годы великого бедствия» (каз. Ақтабан Шұбырынды)[34]. В 1727—1730 годах объединённое казахское ополчение выиграло несколько сражений с джунгарами[35]. Летом 1730 года казахи нанесли сильный удар по дербетам, а осенью следующего года узнав об уходе крупных ойратских сил в Монголию[36], совершили глубокий рейд в Джунгарию[37].

Война Цэван-Рабдана с Россией за Южную Сибирь

1710 году ойратские войска напали на русский город, поставленный между реками Бией и Катунью, и после трёхдневных боёв разорили его. Летом 1713 года М. Гагарин направил к Цэван-Рабдану И. Чередова с требованием, чтобы правитель Джунгарии прекратил сбор ясака с населения Барабинской волости и наказал тех своих людей, которые 3 года назад разорили город. В августе Бухгольц выехал из Москвы. 30 ноября он прибыл в Тобольск, откуда в июле 1715 года выступил с отрядом в 2932 человека и с большой группой русских торговых люден. 1 октября 1715 года экспедиция достигла озера Ямышева, где заложила острог и зазимовала. 9 февраля 1716 года 10-тысячный отряд ойратских войск во главе с Цэрэн-Дондобом подступил к Ямышевской крепости и после неудачных попыток взять её штурмом осадил. Подкрепление, высланное Бугхольцу из Тобольска, было захвачено ойратскими войсками. Для улаживания конфликта М. Гагарин в феврале 1717 года направил к Цэван-Рабдану сотника Чередова. Но Цэван-Рабдан был настолько озлоблен, что и слышать не хотел о приёме русского посла, продержав его у себя под стражей целых пять лет[38].

Обострением русско-ойратских отношений пытались воспользоваться казахские ханы и султаны. Казахские послы прибывшие 11 сентября 1716 года на аудиенцию к М. Гагарину добивались примирения русских с казахами, чтобы вместе воевать против ойратов[39].

28 апреля 1717 года уцелевшие солдаты Ямышевского гарнизона (около 700) разрушили крепость и, погрузившись на суда, отплыли по Иртышу в Тобольск, не встретив ни малейшего противодействия ойратских войск. Двигаясь вниз по Иртышу, экспедиция заложила в устье реки Омь крепость и город Омск[40].

Начало Второй ойрато-маньчжурской войны и поход в Тибет

Основные статьи: Вторая ойрато-маньчжурская война, Битва на Салуине и Взятие Лхасы (1717)

В 1715 году джунгары снова начали военные действия против империи Цин, и захватили Хами. В 1716 году ойраты начали поход в Тибет, где Цэван-Рабдан надеялся восстановить влияние Джунгарского ханства. В итоге в 1717 году джунгары во главе Цэрэн-Дондоба заняли Лхасу[41][42]. В этом же году в районе Нагчу джунгары дали отпор цинской армии, попытавшейся вытеснить их из Тибета. В 1720 году цинские войска вытеснили джунгар и вернули Тибет под контроль империи, но на территории самой Джунгарии продолжали терпеть поражения.

Правление Галдан-Цэрэна (1727—1745)

См. также: Казахско-джунгарские войны § Ойрато-казахская война (1739—1741)
Ойратский колчан

Галдан-Цэрэн был последним из крупных правителей Джунгарского ханства, который мог противостоять натиску Цинской империи. Он был старшим сыном Цэван-Рабдана, который скончался в 1727 году, и поэтому являлся легитимным и подготовленным претендентом на трон. Он продолжил политику расширения территории Джунгарского ханства, которое стало важным объектом внимания внешнеполитического ведомств Китая, России, Казахстана и Центральной Азии[43]. Эффективная экономическая политика Галдан-Цэрэна способствовала развитию в Джунгарии земледелия и ремёсел (производство оружия, предметов быта, текстиля)[44].

В результате успешных походов против казахов (1734—1735, 1740—1742) власть Галдан-Цэрэна признали Старший и Средний жузы[44]. Феодалы Старшего жуза ежегодно отправляли в Ургу заложников (аманатов), а население платило дань-албан[45]. Хан Среднего жуза Абулмамбет и султаны Аблай, Абулфеиз, Нияз, также вынуждены были отправлять заложников в Джунгарию. Русский поручик Д. Гладышев вернувшийся из поездки к Абулхаиру весной 1742 года в Оренбург, докладывал о собрании знати Младшего жуза; на котором было принято решение признать подданство джунгарского хунтайджи[46]. Вскоре и хан Младшего жуза Абулхаир, послал в Джунгарию своего сына[47].

С 1729 до 1737 года Галдан-Цэрэн вёл войну против империи Цин, его задачей было отвоевание у неё Халха-Монголии и объединение её с Джунгарией. В 1730—1731 годах, ойраты в трёх сражениях разгромили маньчжуро-китайские войска[48]. 1739 году, в результате переговоров за возглавляемым Галдан-Цэрэном Джунгарским ханством закрепились земли западнее Монгольского Алтая[44].

Вторжению Галдан-Цэрэна в 1740-х годах подверглась Фергана. Местные беки во главе с Абдул Керим-бием покорились хунтайджи[49].

К 1745 году Джунгария была крупнейшей державой Центральной Азии, с мощью которой вынуждены были считаться две самые грозные евразийские империи — Российская и Цинская. Под контролем хунтайджи находились значительная часть современного Казахстана, северная часть Синьцзян-Уйгурского АО КНР, юго-запад Монголии и южная часть Горного Алтая. Правители Восточного Туркестана, Алтая, Старшего казахского жуза считали джунгарского хунтайджи своим верховным сюзереном[50].

Смерть Галдан-Цэрэна в 1745 году повлекла за собой длительную междоусобную борьбу среди наследников и претендентов на ханский трон, которая в конечном счёте и обусловила распад и гибель ойратского государства[51]. И. Я. Златкин, проанализировав историю Джунгарского ханства, пришёл к выводу, что

«годы правления Цеван-Рабтана и особенно его преемника Галдан-Церена были временем наибольшего могущества Джунгарского ханства, наиболее активной его роли в жизни Восточной и Центральной Азии… Ойратские феодалы сохранили свое государство и опрокинули планы могущественной тогда державы Восточной Азии — Цинской империи и союзных ей группировок восточно-монгольских феодалов. Ойраты сохранили, наконец, свои силы и, следовательно, потенциальную возможность возобновить борьбу как против Цинской династии, так и против других противников».

Падение Джунгарии

Основная статья: Третья ойрато-маньчжурская война
Джунгарское посольство в пекинском Запретном городе. Цинская миниатюра 1761 года

После смерти Галдан-Цэрэна в условиях междоусобной войны и экономического кризиса полномасштабная цинская интервенция, которую поддержали ряд ойратских князей, оказалась роковой для Джунгарии. Вследствие раскола джунгарской правящей элиты ойратское население оказалось дезориентировано, и цинская армия практически без сопротивления оккупировала Джунгарию. Однако даже разрозненные повстанческие отряды ойратов продолжали оставаться опасным врагом для цинских войск и неоднократно наносили поражения отдельным маньчжуро-монгольским корпусам в ходе восстаний 1755—1757 годах. «Джунгарский вопрос» был решён цинскими властями только после планомерного истребления и массового переселения жителей ханства. Большая часть западных монголов погибла в ходе геноцида и эпидемий, и лишь немногим удалось бежать в Россию и Казахстан[52].

Гибель Джунгарского ханства опрокинула сложившийся в Центральной Азии баланс сил и вызвала ряд серьёзных международных осложнений. Овладев в 1758 году Джунгарией и в 1759 году Восточным Туркестаном, Цинская империя придвинула свои рубежи вплотную к границам России и ханств Средней Азии. Правители среднеазиатских ханств после падения Джунгарии опасались за независимость своих владений[53].

Ч. Ч. Валиханов с полным основанием писал:

«Падение сильной Джунгарии, бывшей грозой для Средней Азии, и, наконец, завоевание единоверной Малой Бухарии [Восточного Туркестана] навели на всю Азию панический страх».

Крушение Джунгарского ханства вызвало немало тревог и в правящих кругах России, которые вплоть до 90-х годов XVIII века серьёзно опасались вторжения цинской армии в российские пределы[53].

В настоящее время ойраты (джунгары) компактно проживают на территории Китая (Синьцзян-Уйгурский автономный район, Цинхай и Внутренняя Монголия), и в Монголии (западномонгольские аймаки).

Государственное устройство

Административный центр

Столицей Джунгарского ханства в XVIII веке довольно часто называют регион реки Или (Илийская долина, в местности города Кульджа). К. Риттер отмечает, что центром ханства регион Или стал в конце XVII века, когда джунгарский правитель Цэван-Рабдан в конце 90-х годов XVII века перенёс свою ханскую ставку (Ургу) из Южного Тарбагатая (зимовки) и Джунгарского Алатау (летовки) в долину верхнего течения Или и её притоков Шарына и Хоргоса, а также в долину реки Текес[54].

Урга джунгарского хунтайджи

В. А. Моисеев же считает, что Урга — ставка хунтайджи и основные кочевья были перенесены с Иртыша в бассейн реки Или при впадении в неё реке Текес в период правления Галдан-Бошогту-хана, то есть во второй половине XVII века. Дореволюционный академик Иоганн Фальк подтверждал наличие трёх сооружений в долине Или: монастыря Цаган-Сумэ у речки Дергаланг, Майдары на реке Кайнух (Хайнук) близ левого берега реки Или и кумирни в 6 верстах от Каргоса на реке Аминьту[54].

В отличие от свидетельств дореволюционных исследователей, китайские источники сообщают нам лишь о двух сооружениях, которые в ойратской среде пользовались популярностью как сооружения религиозного характера, — это два храма вдоль реки Или, отмечая при этом, что здесь была не только столица Джунгарского ханства в XVIII веке, но также и религиозный центр джунгар[54].

Территориальное деление

В административном отношении Джунгарское ханство разделялось на отоки, анги и джасы (цзисаи). Отоками назывались административно-хозяйственные единицы, составлявшие личный удел чоросского хунтайджи/хана. Ойраты кочевали «хотонами», то есть группами семей, связанных родством. Несколько хотонов объединялись в аймаки, а аймаки в отоки. В случае войны оток обязан был выставить до тысячи воинов. «Анги» обозначали уделы ближайших родственников хана и родовой знати. «Джасы (Цзисаи)» представляли небольшие уделы, отданные буддийскому духовенству для их содержания. Все указанные административные единицы были разделены на роды, каждый из которых управлялся наследственным зайсаном[55].

Как и другие кочевые империи, Джунгарское ханство состояло из нескольких крупных регионов, различающихся природно-климатическими условиями, экономическим укладом, населяющими их этническими группами. С некоторой долей условности территорию, подконтрольную джунгарским хунтайджи, в конце XVII — первой половине XVIII в. можно разделить на три основных элемента: 1) Ойратская метрополия; 2) вассальные территории; 3) зависимые территории[56].

Ойратская метрополия

К Ойратской метрополии относились степные пространства Джунгарии, на территории которых кочевали ойратские племена, а также представители народов, переселённых в центральную часть западномонгольской державы по повелению хунтайджи. В территориальном отношении Ойратская метрополия состояла из отоков, джасов и «внешних кочевий»[56].

Ядром Ойратской метрополии были отоки и джасы, расположенные в бассейне реки Или, а также к востоку от Семиречья, вплоть до Монгольского Алтая (самый восточный оток «Джахачин», оток «Пограничной стражи», размещался в его предгорьях на границе с Цинской империей). Отоки — это территориальные единицы (области), на которые делились кочевья ойратских племён[56].

Согласно сведениям цинских письменных источников, первоначально джунгарские степи делились на 12 отоков. Успешные военные кампании существенно расширили джунгарские владения, что позволило Галдан-Цэрэну (1727—1745) удвоить число отоков, доведя их численность до 24. «Старые» и «новые» отоки включали территорию от Карашара (отоки Шаласы, Махусы) и района Кобдо (оток Миньатэ) до предгорий Монгольского Алтая[57].

Джасы (цзисаи) — это отоки, переданные хунтайджи в «кормление» представителям ламаистского духовенства. В период правления Галдан-Цэрэна «на берегу реки Или были построены буддийские монастыри. Северный назывался Куэрчжа, южный — Хайнукэ. Хунтайджи собрал лам и приказал свои пять отоков перевести для кормления их». Кочевавшие на территории отоков, превращённых в джасы, номады обеспечивали лам всем необходимым. Всего на территории Джунгарии имелось 9 джасов. Согласно цинским письменным источникам, пять «старых» джасов находились в районе реки Эмель[57].

Однако ойраты проживали не только на территории отоков и джасов. Успешные завоевательные войны привели к тому, что под контроль джунгар попали многочисленные пригодные для кочевания земли, ранее находившиеся под властью тюркских кочевников Средней Азии, Восточного Туркестана и монгольских племён Центральной Азии. Эти земли, окружавшие ядро Ойратской метрополии, были заняты джунгарами, но не поделены на отоки, то есть не попали под прямую юрисдикцию хунтайджи, а управлялись местной ойратской знатью, стоявшей во главе отдельных частей (анги) ойратских племён. Они создавали своеобразный территориальный буфер между внутренними джунгарскими владениями и враждебным окружением: «Отоки были подвластны хану. Анги (Анцзи) были дворами, подвластными тайджи. Земли отоков располагались вокруг Или, а кочевья анги располагались ещё и вокруг отоков». По подсчётам А. И. Чернышёва, около половины ойратского населения Джунгарии кочевало на территории отоков (около 4-5 тыс. «дворов» на территории каждого отока), а вторая половина — на внешних территориях[58].

Вассальные территории

Власть хунтайджи над вассальными народами на протяжении первой половины XVIII веке неуклонно укреплялась. Зависимость вассальных этносов подчёркивали практика взимания дани, институт заложничества (аманатства), «налог кровью», массовые переселения (депортации) части местного населения на новые территории. Для осуществления контроля над вассальными территориями туда назначались наместники и отправлялись специальные сборщики дани. Внешне политические контакты вассальных владетелей были ограничены джунгарскими правителями[59].

В конце 70 — начале 80-х годов XVII века в состав Джунгарии был включён населённый мусульманами Восточный Туркестан (Малая Бухария). Основная часть населения этого обширного региона проживала в городах и окружавших их оазисах: Яркенд, Кашгар, Турфан, Аксу, Курля, Уч-Турфан, Янги-Хисар, Бай, Куча, Карашар, Хотан, Хами и др. В первой половине XVIII века зависимость от джунгарских монархов-хунтайджи признавали также правители среднеазиатских городов-государств Ташкента и Туркестана[60], Ходжента и Самарканда[61]. В городах процветали ремёсла, в их окрестностях местные жители активно занимались земледелием[62].

Двумя важнейшими вассалами Джунгарии в Южной Сибири были племена телеутов, проживавших на территории Алтая, и енисейских кыргызов, контролировавших Минусинскую котловину и прилегающие земли[62]. Платили ясак джунгарскому хунтайджи также теленгиты, алтайцы[63] и шорцы[64].

Зависимые территории

Под властью джунгарских хунтайджи наряду с Ойратской метрополией и вассальными территориями находились так называемые зависимые территории. Под ними понимается земли и проживающее на них население, признавшее над собой власть джунгарских правителей. Жители зависимых территорий платили подати и несли повинности, как и вассалы Джунгарии. В качестве примера можно привести оккупированную джунгарскими войсками в 1689—1697 годах Халху, ряд Присырдарьинских городов в 1723—1727 годах, Старший казахский жуз (1735—1745), Центральный Тибет (1718—1719) и прочие[65].

Государственные должности

В Джунгарском ханстве государственно-управленческий аппарат был тесно связан с племенным общественным устройством. Хан/хунтайджи был практически всевластным правителем и собственником всей земли[66].

В управлении государством хану/хунтайджи помогали чиновники различных рангов. Самыми главными считались тушимелы — сановники и приближённые хана, выполнявшие роль министров в Джунгарском ханстве. Следующими после тушимелов по старшинству были заргучи, помощники тушимелов и выполнявшие роль судей и контролировавшие выполнение законов[66].

Чиновники ранга дэмоци занимались сбором налогов на зависимых от Джунгарского ханства территориях и ли дипломатические переговоры. В самом Джунгарском ханстве сбором налогов и податей ведали албачи-зайсаны и их помощники албачи. Контролем и управлением территорий, зависимых от Джунгарского ханства, занимались кутучинеры. При этом на этих землях сохранялись прежние административные системы и судопроизводство, что обеспечивало лояльность местного населения к джунгарам. Кроме того, существовали специальные чиновники, ведавшие ремесленным производством. Улуты заведовали кузнецами и литейщиками[66].

Производство вооружения контролировали чиновники бучинэры, которые «заведовали ружьями и пушками» и бучины, «ведавшие только пушками». Алтачины ведали добычей золота и его контролем. Существовала особая группа чиновников захчинов, которые охраняли границы и занимались расследованием преступлений[66].

В целом система чиновников в Джунгарском ханстве выглядела так:

  • Тушимел — Решение общеполитических вопросов управления ханством;
  • Заргучи — Судебные функции;
  • Дэмоци — Управление дворами тайшей, сбор налогов с зависимых территорий, приём послов и дипломатические переговоры;
    • Помощники дэмоци — Распределение повинностей и сбор налогов;
  • Албачи-зайсан — Сбор налогов с джунгар;
    • Албачи — Помощники албачи-зайсанов;
  • Кутучинер — Управление территориями зависимыми от Джунгарского ханства;
  • Улут — Заведование кузнечным и литейным производством;
  • Бучинэр — Заведование пушками и ружьями;
  • Бучин — Заведование пушками;
  • Алтачин — Руководство производством предметов религиозного культа и добычей золота, его хранением;
  • Захчин — Охрана границ.

Законодательство

Основная статья: Степное Уложение

В сентябре 1640 года, на съезде ойратских и халхасских ханов, нойонов (князей) и тайшей (старейшин) в предгорьях Тарбагатая, был принят единый свод законов, известный как «Степное уложение». Организатором общемонгольского съезда выступил джунгарский хунтайджи Эрдэни-Батур (1635—1653). Указы хана Галдана-Бошогту, увидевшие свет в течение 1670-х годов, обычно определяются как дополнения к законам 1640 года. Галдан издал два указа, второй датирован 1678 годом в отношении первого такой информации нет[67].

Экономика

В основе экономической жизни кочевников Джунгарского ханства лежало скотоводство, а продукты животноводства составляли основу торговли[68]. Мощную земледельческую базу снабжения Джунгарское ханство приобрело только с присоединением Восточного Туркестана[69]. Этого требовали и интересы создания независимого внутреннего рынка.

Именно с Восточным Туркестаном связано укрепление экономической мощи Джунгарского ханства, приобретение им производственно-ремесленной базы. Ремесло было также распространено и среди тюрков Саяно-Алтая. Так, кыргызы славились ювелирным ремеслом, поставляли на рынок обработанную пушнину, мускус, вооружение, железные изделия[70]. Изделиями кузнечного дела нередко платили алман джунгарскому правителю алтайцы[63]. Производством топоров, корнекопалок, котлов, сельскохозяйственного инвентаря, сабель, рогатин, копий, наконечников стрел, доспехов и шлемов славились шорские мастера, а особенную прочность имели «шорские куяки» (панцири), которые стремились приобрести даже русские казаки[64].

Интенсивно развивалась как внутренняя, так и внешняя торговля. В своих собственных торгово-экономических интересах джунгарские хунтайджи активно использовали уйгуров.

Земледелие

Важным направлением эволюции джунгарской экономики было развитие земледелия. Значимость данного процесса в ойратском обществе подчёркивает тот факт, что все джунгарские правители, от Батур-хунтайджи до Галдан-Цэрэна, активно поддерживали развитие земледельческих культур во внутренних районах Джунгарии. Самое большое внимание уделялось пашенному земледелию. Для его организации и поддержки джунгарские правители в массовом порядке переселяли на территорию Ойратской метрополии оседлых мусульман (так называемых бухарцев), в основном жителей Восточного Туркестана. Позднее к ним добавились и ойраты. Земледелие активно развивалось в Джунгарии на протяжении всей второй половины XVII — первой половины XVIII века. Пашни раскинулись в долинах рек Или, Эмель, Гурбульджин, в Тарбагатае, у подножия Талкинского перевала. Орошение проводилось с помощью прорытых в земле арыков. Путешественники первой половины XVIII века отмечали разведение в окрестностях ставки хунтайджи огромных садов, в которых «видно было довольно всяких дерев». В этих садах выращивались разнообразные фрукты и овощи. Некоторые сады также снабжались специальными строениями — птичниками. Рукотворные оазисы земледельческой культуры окружали каменными стенами из необожжённого кирпича. Сады принадлежали высшей джунгарской знати. Работали в них преимущественно мусульмане — бухарцы[71][72].

Денежная система

Джунгарский пул (денежная единица)

В 1700 году Цэван-Рабдан (1697—1727) покорил весь Восточный Туркестан, покорённым вассалам он приказал выпустить в обращение медные пулы со своим именем Цэван. Прототипом для этих монет считаются пулы Яркендского ханства, носящие обиходное название «лошадиного копыта». Часть новых монет вывозилась на север в качестве дани. После смерти Цэван-Рабдана власть наследовал его сын Галдан-Цэрэн (1727—1745), который, в свою очередь, также выпускал монеты со своим именем. Старые пулы принимались в отношении 2:1 по сравнению с новыми деньгами. После смерти Галдан-Цэрэна никаких новых денег не выпускалось[73].

Государственное регулирование хозяйственной деятельности

Правители Джунгарии прекрасно понимали, что обширное государство, претендующее на гегемонию над всей Центральной Азией, не может целиком зависеть от своих соседей ― оседлых государств. Поэтому неудивительно, что многие русские путешественники сообщают о том, что они всячески старались развивать собственное земледелие и даже производство. В стационарной ставке («урге») Галдан-Цэрэна, по сообщению И. П. Фалька, был «огромный и прекрасный сад с плодоносными деревьями и другими растениями». Неудивительно, что после покорения Джунгарии маньчжуры сумели быстро заселить её китайцами-земледельцами и, как уже отмечалось выше, привлечь к земледелию и самих ойратов. Пытался Галдан-Цэрэн поставить на регулярную основу и добычу соли, видя в ней эффективный источник доходов (как за счёт торговли, так и за счёт налогов). Однако когда в горах, где его работники занимались соледобычей, случилось несколько обвалов, и погибли люди, он официально запретил эту деятельность[74].

Не имея значительного опыта в промышленной сфере, ойраты активно привлекали для организации различных производственных предприятий иностранцев. И. Д. Чередов упоминает, что встретил в Джунгарии «тоболского бронника» Т. Зеленовского, которого хотел даже схватить и забрать в Россию, но его ойратские сопровождающие резко воспротивились этому, пригрозив гневом хунтайджи, ибо ремесленник «идёт в контайшину землю своею волею». Практика привлечения «иностранных специалистов» продолжалась в Джунгарском ханстве и в дальнейшем. Достаточно вспомнить шведского сержанта И. Г. Рената, прожившего в Джунгарии с 1716 по 1733 годы; попав туда в качестве пленника (во время нападения ойратов на экспедицию И. Д. Бухгольца), он наладил в ханстве производство артиллерии и вскоре сам был назначен её начальником[75].

Регулирование торговли и договорных отношений

Ойратские правители всячески стимулировали развитие торговли. Так, И. С. Унковский, рассказывая о многочисленных контактах с различными торговцами в ставке Цэван-Рабдана, несколько раз упоминает «контайшиных купчин» из числа как ойратов, так и жителей Восточного Туркестана. Можно предположить, что речь идёт о торговцах, в дело которых вкладывали деньги правители ― такая практика имела место ещё в эпоху Монгольской империи и в последующих тюрко-монгольских государствах. Впрочем, торговля в Джунгарском ханстве носила преимущественно меновой характер, и ей занимались представители всех сословий. В рапорте вахмистра С. Соболева, побывавшего в Джунгарии в 1745 году под видом купца, первый же ойратский нойон, встретивший его в качестве «командующего караула» на территории ханства, предложил ему «товарами с ним меняться». И. С. Унковский упоминает, что даже в ставке джунгарского хунтайджи ойраты выменивали русские товары на «лошадей, баранов и овчинки». Вятский купец Ш. Арасланов, побывавший в Ташкенте в 1741—1742 годах, также сообщает, что ойраты покупали в Ташкенте фрукты и ягоды, меха и хлопчатобумажные ткани, у русских ― красные кожи и т. п., предлагая взамен баранов, быков, коров и лошадей. Наряду с торговлей у ойратов применялся также договор найма или аренды: И. С. Унковский сообщает, что к нему "приводили продавать и в наём верблюдов и лошадей[75].

Налоги, сборы и повинности

Система налогов в Джунгарском ханстве была достаточно чётко регламентированной, включая налоги в пользу как ханской казны, так и местных феодалов. Как писал И. С. Унковский, в пользу хунтайджи регулярно следовало отдавать «добрых» лошадей и скот для войск. Согласно сержанту Подзорову, ойраты в 1740-е годы. в качестве налога отдавали своим феодалам десятую часть скота. По такой же ставке взималась и торговая пошлина: И. Д. Чередов писал, что за приобретённые им в Джунгарии товары он был вынужден заплатить «десятую пошлину» в пользу хунтайджи. Налоги и повинности в Джунгарском ханстве распространялись не только на ойратов, но и на население вассальных государств. Так, согласно майору Угримову, побывавшему в Джунгарии в 1732 году, города Восточного Туркестана должны были платить ойратам дань золотом (700 лян в год) и тканями («хамы», «басмы» и «зендени»). Однако всё больший рост налогов привёл к обеднению и сокращению населению, так что некоторые города (в частности, Куча) платили лишь небольшую дань медью. Вахмистр князь Ураков сообщал, что в 1744 году казахи Старшего жуза платили хунтайджи Галдан-Цэрэну «пороху ручного и свинцу», а также «был побор пансырями». Последний вид сбора был, по-видимому, чрезвычайным, поскольку впоследствии один из казахских предводителей обратился к хунтайджи, говоря, что «такой налог ни у дедов, ни у отцов не бывало»[76].

Градостроительство и фортификация

Руины Кызыл-Кента

Самыми известными исторической науке до конца XX века в Центральной Азии являлись пять ойратских укреплённых буддийских комплексов, или городов-монастырей: Дархан-Цорджин-кит (Доржинкит), городок Кобуксар (Кубаксары) Батура-хунтайджи; Бороталинский монастырь; храмовый комплекс Кызыл-Кент, построенный Очирту-Цецен-ханом; и Аблаин-кит (Аблайкит), который был построен младшим братом хошутского Очирту-Цецена Аблаем-тайши[77].

В первой половине XVII века монастыри-крепости, а также «городки»-резиденции, в которых проживали ламы и переселённые мусульмане-землепашцы, строили многие ойратские правители. Значительную активность проявлял и Батур-хунтайджи. В каменном «городке» Кубаксары (Хобугсаири), построенном «китайскими и мугальскими людьми», жил лама Уемчай и «пашенные бухарцы», занимавшиеся земледелием. Указанный «городок» стал ядром чоросских владений, в его окрестностях были построены три городка-«спутника» с пашнями. Сам Батур-хунтайджи кочевал в непосредственной близости от своих опорных «крепостиц»[78]:

«…ныне кочует у своих городов в Кубаке. А у Кон де тайши 3 города кирпишных: один белый, а четвёртый город заводит внове. А от города де до города езду по днищу. А в тех ево городах живут его контайшины Лабы и пахотные ево люди. А он де, контайша, кочует около тех своих городов».

Преемники Батур-хунтайджи продолжили активное строительство укреплённых пунктов и монастырей. Так, Галдан-Бошогту-хан инициировал постройку трёх монастырей, Галдан-Цэрэн — двух (Куэрчжа и Хайнукэ)[79].

Наряду с монастырями и «городками» джунгары развернули масштабное строительство сугубо военных оборонительных объектов. Опорными центрами джунгарских караулов на захваченных территориях и на границе были небольшие крепости шибэ. В архитектурном плане джунгарские шибэ обычно представляли собой квадрат или прямоугольник. Стены (высотой до 2 метров) клались из обтёсанных камней или сырцового кирпича. Иногда насыпались высокие земляные валы, обнесённые рвом. Углы крепости могли снабжаться небольшими башнями. Внутренняя площадь шибэ обычно не застраивалась. Шибэ являлись опорными точками власти джунгар на вновь завоёванных степных территориях. Продвигаясь в глубь Казахстана, джунгары возводили здесь целую сеть шибэ, которые позволяли им закрепиться на оккупированных землях и одновременно прикрывали от казахских набегов внутренние земли метрополии. Только на территории Южного и Юго-Восточного Казахстана современные исследователи насчитали 19 джунгарских «караульных постов»[79].

Население

См. также: Переселение кыргызов Сибири в Джунгарию
Ойратское кочевье. Рисунок неизвестного китайского художника. 1795 г.

Основу населения Джунгарского ханства составляли западные монголы — высокоспециализированные степные кочевники, известные в различных исторических источниках под именем ойратов, джунгар, калмыков (чёрных калмыков) и элютов[80].

После окончательного переселения к 40-м годам XVII века части ойратов (большинства торгутов) на Волгу, вслед за этим уже преимущественно называвшихся калмыками, за населением Джунгарии закрепился этноним — «ойраты» (в маньчжуро-китайских источниках — элюты, олоты) или «джунгары» (в русских источниках — зенгорцы). Население Джунгарии было разделено на отоки (административно-хозяйственные единицы, входившие в личное владение верховного правителя — хунтайджи), анги (уделы ближайших родственников хунтайджи из племени чорос и владетелей трёх остальных племён) и цзисаи (владения духовенства)[80].

Территория расселения ойратов находилась в зоне контактов монголо- и тюркоязычных народов. Соответственно, в состав их государства до самой его гибели входили и проживавшие в своих родных местах некоторые тюркоязычные этнические группы — теленгиты (телеуты) и часть тувинцев. Кроме того, в 1703 году в бассейн Верхнего Иртыша, в центральную часть ханства, были переселены кыргызы с Енисея. До 1718 года часть телеутов, кочевавших между Иртышом и Обью, по приказу хунтайджи Цэван-Рабдана из мест своего традиционного пребывания также переместилась во внутренние, более южные, районы ханства. Туда были переселены из долины Хемчика в Туве и мингаты — также, видимо, группа тюркоязычного населения. Переселения были осуществлены, как полагают большинство авторов, в целях избежания постепенного перехода этих этнических групп в русское подданство — «и для того киргизов и теленгутов контайша к себе забрал, чтобы от него не ушли»[80][81].

В Джунгарском ханстве ойраты составляли бо́льшую часть населения. Второй по численности этнической группой были тюркоязычные жители городов и оазисов Восточного Туркестана (бухарцы, хотоны, уйгуры). Их общая численность превышала 100 тыс. человек. Из нескольких десятков тысяч человек состояли племена тюркоязычных кочевников (среднеазиатских киргизов, казахов, каракалпаков), населявших западные районы ханства. В первой половине XVIII века на территорию Джунгарии переселилось значительное количество халха-монголов[82].

В условиях сложной внешнеполитической обстановки была реально потеряна часть северных окраинных территорий, но ядро населения центра Джунгария — удел самого хунтайджи[83], было укреплено. Как полагают большинство авторов, начиная с Н. Я. Бичурина, в Джунгарии к середине XVIII века из 24 отоков было только три неджунгарских, иноплеменных по этническому составу: кыргызский, теленгитский (тэлэнгутский, теленгутский, телеутский) и мингатский. Кыргызский и теленгитский отоки в середине XVIII века состояли из 4 тыс. кибиток (семей) каждый, мингатский — из 3 тыс. кибиток. Кроме того, с территории Восточного Туркестана (Малой Бухарии), долгое время подчинённой Джунгарскому ханству, в Джунгарию неоднократно переселялись и группы уйгуров для занятий землепашеством — так, только при Цэван-Рабдане их было переселено несколько тысяч семей, и лишь кочевых «бухарцов», кроме «пашенных», при его ставке было около 2 тыс. человек[84]. Сведений об их уходе назад при последующих верховных правителях нет. Вероятно, на момент разгрома Джунгарии они оставались там же[80].

Большую группу населения составляли буддийские монахи (ламы). Влияние ламаистской школы в Джунгарии традиционно было очень значительным. В первой половине XVIII века на территории Джунгарии проживало 6 тыс. лам, что составляло от 0,6 % до 1 % населения государства, то есть около 1,2-2 % всего мужского ойратского населения Джунгарии. На территории девяти джасов (отоков, переданных в кормление ламам) кочевали 10 600 (из 200 тыс.) кибиток ойратов, «за счёт которых кормились 6 тыс. лам»[85].

Судя по данным цинских письменных источников, в период правления Галдан-Цэрэна ойратские племена были разделены на более мелкие единицы — анги, каждая из которых состояла из 10 тыс. кибиток (дворов). Численность племён была различной, поэтому и число анги в них разнилось[86]:

Племя Число анги
Чоросы 6
Дербеты 3
Хойты 9
Хошуты 1
Торгуты 2
Всего 21

Согласно подсчётам цинских чиновников, численность ойратского населения Джунгарии накануне её гибели составляла около 200 тыс. семей-кибиток, то есть от 600 тыс. до 1 млн человек[85]. По данным А. И. Чернышёва, общая численность населения Джунгарии вместе с покорёнными народами, составляла 1.5 млн человек[87]. Войска у хунтайджи насчитывалось 60 тысяч человек. Во время войны ойраты могли выставить не менее 100 тыс. всадников[55].

Делегация ойратов (дербетов и чоросов) в лагере китайского императора Цяньлуна на горном курорте Чэндэ в 1754 году. Китайская иллюстрация, 1755 года

Рисунки из китайской коллекции портретов «Хуан Цин чжи гун ту», 1769 г.

Религия

Памятник Зае-пандите в городе Ховд, Монголия

Первые контакты ойратов с тибетским буддизмом относятся к началу XVII века. В 1610—1640-х годах наиболее влиятельные ойратские князья, включая хошутского правителя Байбагас-хана, установили прямые связи с Далай-ламой IV и начали принимать буддизм-ламаизм[88].

Первые источники о массовом принятии ойратами буддизма, относят год принятия к 1615 году, когда съезд ойратских князей постановил принять буддизм и отправить на учёбу в Тибет большую группу молодёжи. Исключительно важное значение и серьёзные последствия имело принятие ойратскими феодалами буддизма-ламаизма как официальной религии. В основе этого события лежали военно-политические интересы ханов и князей, на опыте восточномонгольских феодалов, убедившихся в первостепенном значении союза с ламаистской церковью Тибета, для которой приобретение новых адептов в свою очередь сулило огромные преимущества[89].

В образованном ойратами Джунгарском ханстве (1635), единой религией стал тибетский буддизм, преимущественно школы Гелуг. В первой половине XVIII века под контролем ойратских правителей оказалась значительная часть восточных земель Туркестана, а также территории современного Казахстана, юго-запад Монголии и южная часть горного Алтая, где джунгары активно поддерживали тибетский буддизм[90]. В 1640 году на общеойратском съезде (чулган) был принят свод законов «Их Цааз» («Великое уложение»), который официально признал буддизм религией всех монгольских народов и закрепил идею взаимодействия человеческого и божественного законов. Это стало важным шагом в укреплении верховной власти и легитимизации буддийской иерархии в кочевых государствах[91].

Ключевую роль в распространении буддизма сыграл Зая-пандита Намкхай Гьяцо (1599—1662). Происходивший из хошутской знати, он получил духовное образование в Тибете и в 1639 году вернулся к ойратам с миссией проповеди. В 1648 году он создал ойратскую письменность «тодо бичиг» («ясное письмо»), что позволило переводить буддийские канонические тексты на родной язык и значительно ускорило приобщение кочевников к буддизму. Совместно с учениками он перевёл более 170 буддийских сочинений[92].

Расцвет буддизма при Галдан-Бошогту-хане (1671—1697)

Наивысшего развития буддизм в Джунгарском ханстве достиг в период правления Галдан-Бошогту-хана. Он получил блестящее духовное образование в Тибете под руководством IV Панчен-ламы и имел высший духовный титул хутхты. Галдан стал единственным правителем ханства, сочетавшим светскую и глубокую религиозную подготовку[93].

В 1678 (или 1679) году V Далай-лама Лобсанг Гьяцо официально даровал Галдану титул Тензин-Бошогту-хан («Благословлённый хан веры, опора учения»), что означало признание его верховной власти по «божественному благословению». Галдан получил именную печать, ханские регалии и статус наместника Далай-ламы среди ойратов. Этот титул поднимал его статус выше традиционных монгольских князей и символизировал сакральную природу его власти[94].

Буддизм при Цэван-Рабдане и Галдан-Цэрэне (1697—1745)

В XVIII веке буддизм оставался господствующей религией, однако прямые связи с Тибетом осложнились из-за усиления цинского влияния. При хунтайджи Цэван-Рабдане и Галдан-Цэрэне буддийские монастыри продолжали функционировать, а ойратское «ясное письмо» получило широкое распространение. В 1730-х годах в Западном Семиречье дислоцировались крупные отряды ойратов, поддерживавшие буддийские святилища, включая Тамгалытас[95].

Буддийские монастыри

Изображение Будды в святилище Тамгалытас
План буддийского комплекса Аблайкит (Аблай-кит). Рисунок Н. Беллина, опубликован в 1750 г.

Около 1616 года в кочевьях ойратов был возведён один из первых буддийских храмов — Кабалгасун (Калбагасун) на реке Иртыш[96].

Важным показателем усиления позиций буддизма среди ойратов, стало существование на территории Джунгарии оседлых буддийских монастырей. В 40—50-х годах XVII века основной ареал храмового строительства включал район Верхнего Прииртышья и предгорья Тарбагатайского хребта. Во второй половине XVII века, в связи с завоеванием ойратами Чу-Илийского региона и перемещением политического центра ханства в Северный Тянь-Шань, монастыри стали создаваться преимущественно в Семиречье — на традиционных путях движения дипломатических миссий и торговых караванов[97].

В 1677—1678 годах Галдан возвёл крупнейший в Джунгарии буддийский монастырь Бошогту-хан-кит на озере Зайсан, который стал важным религиозным и административным центром. Также в ханстве функционировали более десятка монастырей, включая Дархан-Цорджин-кит, Аблай-кит, Бороталинский монастырь и другие[98].

Основным источником информации о существовании монастырей, их общем количестве и местоположении является карта Джунгарии шведа Йохана Густава Рената (1682—1744), находившегося в джунгарском плену с 1716 по 1733 год. На карте Рената обозначено 65 буддийских монастырей и отдельных храмов, располагавшихся во второй четверти XVIII века в южной и юго-восточной частях Джунгарии, в предгорной зоне и ущельях Северного Тянь-Шаня[97].

Также джунгары строили «храмы под открытым небом», одним из них является святилище Тамгалытас. Оно представляет собой небольшой скальный массив на берегу реки, у подножия которого на 15 отдельных глыбах сосредоточены крупные изображения буддийских божеств и разновременные тибетские и ойратские надписи[97].

Иерархия буддийского духовенства

Сложившуюся ко второй четверти XVIII века в Джунгарском ханстве иерархическую пирамиду буддийских храмов и представлявших их церковных иерархов возглавлял верховный лама кочевого государства. Он входил в состав ближайшего окружения хунтайджи и постоянно кочевал вместе с его ургой на крупном «иноходце, покрытом красным сукном». По описанию российского посланника Л. Д. Угримова, главный джунгарский лама носил «одежду калмыцкую и шапку красную востроверховую; с правого плеча по левую руку перевязан кушаком жёлтым»[97].

Ламы занимались переводами на ойратское «ясное письмо» канонической литературы («Ганджур»), написанием медицинских, астрологических и исторических сочинений, составлением словарей, законодательных и фольклорных текстов, географических карт. В монгольском фонде Института восточных рукописей РАН хранится около 500 различных материалов и документов XVII—первой половины XIX века, написанных на ойратском языке[97].

Деятельность ойратских ханов по распространению буддизма среди мусульманского населения Средней Азии

В 1652 году Цецен-хан захваченных в плен кыргызских мальчиков раздал настоятелям ламаистских монастырей, чтобы те обратили их в буддийских послушников. По этому поводу в ойратском историческом сочинении «Лунный свет» сказано:

«В ту зиму [1652 зимою года дракона], покорив бурутов [кыргызов], прибыл Цецен-хан. В этом походе, в семнадцать лет, Галдамба поразил Янгир-хана. В честь умершей матери он [Цецен-хан] приказал собрать 100 мальчиков, из них 50 подарил хутухте для посвящения их в банди. Других подарил Ачиту Цорджи и прочим ламам, хуваракам отдал в банди 100 бурутских мальчиков из 100 отоков».

На основании этого историк А. М. Мокеев предположил, что ойраты пытались насадить кыргызам свою веру (тибетский буддизм). Однако эти усилия не имели серьёзного успеха и лишь способствовали росту исламского самосознания, которое, в свою очередь, помогло кыргызским племенам сплотиться перед лицом джунгарской угрозы[99].

Являясь одним из самых знаменитых поборников буддизма, Галдан-Бошогту-хан, который помимо строительства монастырей и поддержки религии среди ойратских кочевников в 1681 году развязал «религиозную войну» со среднеазиатскими кочевниками и жителями некоторых городов Средней Азии, что представляет собой беспрецедентный случай попытки военным путём распространить буддизм среди мусульман[100]. Также в ходе этой войны, джунгары захватили сына казахского хана Тауке, которого увезли в Лхасу, что подтверждает серьёзные намерения Галдана насадить буддизм среди казахов[101].

Армия

См. также: Ойратский копейный бой

На протяжении большей части XV — первой половины XVII веков вооружение и тактика западных монголов (ойратов) мало отличались от вооружения и тактики кочевников Южной и Восточной Монголии[102].

Вооружение и комплектование

Ойратские воины XVII в.: «тогчин» (1.1) и зайсан (1.2). Реконструкция и рисунок Боброва Л. А. по материалам музейных и частных собраний России, Казахстана, Китая, США, изобразительным и письменным источникам
Ошибка создания миниатюры:
Джунгарский доспех (внешняя и внутренняя сторона)

Вплоть до середины XVII века система вооружения и комплектования джунгарских армий мало отличалась от восточномонгольских аналогов. Однако здесь военное и культурное влияние государств Запада (Бухарского ханства и России) уже со второй четверти XVII века становится достаточно ощутимым. Ойраты начинают достаточно широко применять в общем-то не свойственные монголам предметы вооружения: кольчато-пластинчатые доспехи (бехтерцы), кольчуги, рогатины и т. д., как среднеазиатского, так и выполненного русскими ясачными людьми производства[103].

Главной ударной силой армии были средневооружённые копей­щики-панцирники, способные вести дистанционный бой с использованием луков (а позднее фитильных ружей), а на короткой дистанции — опрокидывать противника с помощью копейной атаки и последующей конной рубки. Основным оружием ближнего боя были длинные ударные копья и пики (джида), а также клинковое оружие — палаши и слабоизогнутые сабли[102].

Огнестрельное оружие

Файл:Dzungar cavalry of Amursana, in the Battle of Khorgos against Qing China (1758).png
Джунгарская конница Амурсаны в битве при Хоргосе против империи Цин (1758). Фрагмент картины французского художника-иезуита Жана Дени Аттире, ок. 1766 г.

Военные реформы джунгарской армии в конце XVII — первой половине XVIII века в первую очередь были связаны с освоением огнестрельного оружия. Первые факты использования ойратами ручного огнестрельного оружия относятся к началу XVII века[104].

Во второй половине XVII века начались массовые поставки оружия из Средней Азии и России. Обойти ограничения, наложенные русским правительством на продажу оружия кочевникам, джунгарам удалось благодаря посредничеству среднеазиатских мусульманских купцов и сибирских «князцов». В Москве и других городах России торговцы явно, а чаще тайно, закупали оружие, а затем вместе с торговыми караванами скрытно переправляли его в Джунгарию. В Джунгарию регулярно отправлялось «по 30 и больше возов» с огнестрельным оружием. Однако главную роль в перевооружении джунгарской армии все же сыграли поставки из Средней Азии[104].

Благодаря содействию русских и, вероятно, среднеазиат­ских мастеров, в Джунгарии было налажено собственное производство фитильных ружей и ружейной амуниции. Серьёзный вклад в развитие джунгарской артиллерии внёс Йохан Ренат, швед, пленённый русской армией и в дальнейшем оказавшийся в джунгарском плену. В крупных производственных оружейных центрах трудились тысячи местных и иност­ранных мастеров и рядовых кочевников. В результате огнестрельное оружие получило широчайшее распространение даже среди рядовых джунгарских воинов[105].

Собственное производство ружей («турок калмыцких») и боеприпасов резко повысило боеспособность джунгарских войск, сделало их грозным противником не только для казахских и монгольских, но и для российской и цинской армий. Ни один из кочевых народов Средней и Центральной Азии, кроме джунгар, так и не смог создать собственного массового производства огнестрельного оружия. Успехи же джунгар в этом направлении поразительны. Если в XVII веке ойраты приобретали ружья в России (нелегально) и в Средней Азии, то в конце первой половины XVIII века они сами стали экспортировать ружья за границу (в том числе в русские города Южной Сибири). Судя по изобразительным и письменным источникам, по степени оснащённости ручным огнестрельным оружием джунгары в середине XVIII века практически сравнялись (если не превзошли) войска Цинской империи, действовавшие на центральноазиатском направлении[106].

Артиллерия

Последний и заключительный этап джунгарских военных реформ связан с появлением артиллерии. В 1726 году в Джунгарском ханстве в районе Иссык-Куля был построен первый завод по производству пушек. Организовать его работу было поручено сержанту шведской армии Йохану Густаву Ренату, который был взят в плен русскими солдатами под Полтавой, а затем переправлен в Тобольск. В 1716 году он был вторично взят в плен, на этот раз джунгарами. Сержанту обещали свободу и щедрую награду в обмен на организацию пушечного производства в Ойратии (Джунгарии). Для обучения пушечному мастерству ему были даны 20 оружейников и 200 рабочих, а несколько тысяч человек назначено на подсобные работы[105].

Заложенные шведом основы артиллерийского производства давали свои плоды на протяжении ещё полутора десятков лет. По сведениям самих джунгар, лёгкие орудия, перевозимые на верблюдах, в начале 40-х годов XVIII века исчислялись тысячами, а тяжёлые орудия и мортиры — десятками[105].

Отливом пушек в Джунгарии в 40-е годы XVIII века наряду с ойратами занимались и русские мастера. Однако после начавшейся междоусобицы в Джунгарии артиллерийское производство начало приходить в упадок. Так, в 1747 году изготовленная российским мастером Иваном Билдегой и его товарищами медная пушка «разорвалась при пробе»[105].

Тактика

Непрекращающиеся войны, которые вела Джунгария, предопределили гибкость тактики ойратов. И если на Западе калмыки сделали ставку на быстрые рейды своей латной конницы, то на Востоке, где им противостояли более многочисленные и лучше вооружённые отряды империи Цин, джунгары предпочитали вести оборонительные бои и добиваться победы в контратаках. На поле боя ойраты выстраивались в две линии, так чтобы фланги были выдвинуты в сторону противника и прикрыты болотом, лесом или горами[107]. В первую линию боевого порядка становились мушкетёры и возможно копейщики. Их позиции джунгарские полководцы пытались прикрыть либо естественными складками местности, либо плетёным тыном[108]. В случае если противник нападал на армию джунгар внезапно живым щитом, для прикрытия стрелков, могли выступать стада крупного рогатого скота[109]. Плотность огня ойратов была настолько велика, что маньчжурские воины, несмотря на поддержку собственной артиллерии, были вынуждены спешиваться и атаковать Галдана в пехотных колоннах. Основной задачей стрелков было остановить атаку войск противника, в то время как кавалерия (составлявшая вторую линию джунгарских войск) должна была опрокинуть его фланги. Такая тактика, основанная на активных действиях кавалерии с опорой на огнестрельную пехоту широко применялась в Средней Азии ещё в XVI веке но была совершенно неизвестна на степных просторах к востоку от Алтайских гор. Именно она стала предпоследней стадией развития военного искусства кочевников. Во многом благодаря ей были одержаны победы над халхассами (приведшие к ликвидации восточномонгольской государственности) и лучший армией Дальнего Востока регулярными войсками империи Цин[105].

Численность и организация

Джунгарская армия конца XVII — начала XVIII века состояла из дружин хунтайджи и крупных ойратских феодалов, народного ополчения, дружин вассалов и союзников ханства. Все ойраты, кроме детей, дряхлых стариков и лам, считались военнообязанными и несли воинскую повинность. При известии о приближении противника все мужчины, подлежавшие призыву, должны были незамедлительно прибыть в ставку местного феодального владетеля. Благодаря относительно компактному проживанию большей части ойратов джунгарским правителям удавалось достаточно быстро мобилизовать необходимое число воинов. По сведениям российских дипломатов, максимальная численность джунгарской армии в первой трети XVIII века достигала 100 тысяч человек[105].

Концепция «Последней кочевой империи»

Файл:Map of the Dzungar Khanate 18th century.png
Джунгарское ханство в XVIII веке. Пунктирной линией обозначена территория, оккупированная войсками ханства

Есть все основания считать Джунгарское ханство первой половины XVIII века не просто централизованным монгольским ханством, а самой настоящей «степной империей», объединявшей под своей властью разнообразные народы и регионы далеко за пределами Монголии. Соответственно, сами ойратские хунтайджи и ханы из рода Чорос, выступали не только как «национальные» правители ойратов, но и сюзерены целого ряда вассальных народов и государств. В первой половине XVIII века зависимость от джунгарских монархов-хунтайджи признавали правители городов Восточного Туркестана[lower-alpha 2][62] ➤, среднеазиатских городов-государств[lower-alpha 3][61] ➤, казахские ханы и султаны Старшего и Среднего жузов. Признавали власть Галдан-Цэрэна и некоторые сибирские народы[lower-alpha 4] ➤ находившиеся в подданстве России и платившие ясак: как сообщает тарский казачий голова И. Д. Чередов, побывавший в Джунгарии в 1713—1714 и 1719 годах эти «ясачные» платили также «алман» джунгарскому властителю. Сохранялась эта практика и десятилетия спустя: факты уплаты «алмана» «ясашными иноверцами» ойратским правителям отмечает драгун М. Давыдов, побывавший в Джунгарии в 1745 году[5].

Правители Джунгарского ханства (Джунгарии)

Файл:Statue of Galdan Boshughtu Khan.jpg
Памятник Галдан-Бошогту-хану в сомоне Улзийт, Архангай, Монголия

Правители Джунгарского ханства, кроме последнего, происходили из рода Чорос[4][110][111].

№ Личное имя Титул Начало правления Конец правления Печать Происхождение
1 Хото-Хоцин-Батур Эрдэни-Батур-хунтайджи 1635 1653 сын Гумэчи
2 Сенге Цецен-хунтайджи 1653 1670 сын Эрдэни-Батура
3 Галдан Бошогту-хан или Галдан-Тензин-Бошогту-хан 1671 1697
Ошибка создания миниатюры:
сын Эрдэни-Батура
4 Цэван-Рабдан Чин-Зоригту-хунтайджи 1697 1727 сын Сенге
5 Галдан-Цэрэн Эрдэни-Батур-хунтайджи II 1727 1745 сын Цэван-Рабдана
6 Цэван-Дорджи Аджа-Намжалу-хунтайджи 1746 1749 сын Галдан-Цэрэна
7 Лама-Дорджи Эрдэни-Лама-Батур-хунтайджи 1749 1753 сын Галдан-Цэрэна
8 Дабачи неизвестно 1753 1755
Файл:Печать Дабачи (Даваци).jpg
 сын Намджил-Даши, сына Церена-Дондоба, внука Эрдэни-Батура
9 Амурсана отсутствовал 1755 1757 внук Лхавзан-хана по отцовской линии и внук Цэван-Рабдана по материнской; не принадлежал к роду Чорос

Титулатура джунгарских правителей

В отечественной и зарубежной историографии Джунгарию традиционно называют ханством, но это не совсем корректно. Из девяти правителей титул хана носили только один, остальные правители имели титул хунтайджи («великий князь»), ведущий происхождение из империи Юань. Формально Джунгария являлась Великим княжеством. Историк Л. А. Бобров обращает внимание на один парадокс, несмотря на то что соседние казахские и монгольские Чингизиды носили ханский титул; однако по своему военно-политическому влиянию в регионе они значительно уступали джунгарским хунтайджи. Поэтому цинские чиновники и историки, признавая могущество джунгар, иногда неофициально именовали их правителей хан-ванами (царями)[112].

Основным титулом джунгарских правителей был титул «хунтайджи». Первоначально (в 1630—1660-е годы) титул «хунтайджи» фиксировал второстепенное положение джунгарских правителей по отношению к хошутским ханам — Гуши-Номин-хану и Очирту-Цецен-хану. Джунгарское объединение действовало как младший партнёр в союзе ойратских группировок[113].

Ханский титул в Джунгарии носил лишь один правитель — Галдан-Бошогту (1679—1697), получивший его от V Далай-ламы, своего прежнего наставника. После смерти Галдана его преемники титула не удостаивались: Тибет сначала контролировался недружественным к ним деси Сангье Гьяцо, а затем — маньчжурскими властями, противниками джунгар[113].

После смерти Галдан-Бошогту-хана его преемники самостоятельно принимали титул «хунтайджи», поскольку не могли получить ханский титул от Далай-ламы из-за политической ситуации. Со временем этот титул стал традиционным для джунгарских правителей и передавался по наследству[113].

Примечания

Комментарии

  1. ↑ По мнению историка В. А. Моисеева, Цэван-Рабдан так и не смог подчинить ни один из казахских жузов.
  2. ↑ Яркенда, Кашгара, Турфана, Аксу, Курля, Уч-Турфана, Янги-Хисара, Бай, Куча, Карашара, Хотана, Хами
  3. ↑ Ташкента, Туркестана, Самарканда, Ходжента
  4. ↑ Енисейские кыргызы, телеуты, теленгиты, алтайцы, шорцы

Источники

  1. ↑ ДЖУНГА́РСКОЕ ХА́НСТВО : [арх. 8 января 2022] / М. И. Гольман // Григорьев — Динамика. — М. : Большая российская энциклопедия, 2007. — С. 685. — (Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов ; 2004—2017, т. 8). — ISBN 978-5-85270-338-5. // Большая российская энциклопедия
  2. ↑ Златкин, 1983, с. 3.
  3. ↑ Peter et al., 2020, p. 92.
  4. ↑ 4,0 4,1 4,2 Хойт С. К. Этническая история ойратских групп. — Элиста: Центр поддержки общественных и научных инициатив, 2015. — 199 с. — [Архивировано 30 мая 2019 года.]
  5. ↑ 5,0 5,1 Почекаев, 2019, с. 30—31.
  6. ↑ ДЖУНГА́РСКОЕ ХА́НСТВО : [арх. 28 ноября 2022] / М. И. Гольман // Григорьев — Динамика. — М. : Большая российская энциклопедия, 2007. — С. 685. — (Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов ; 2004—2017, т. 8). — ISBN 978-5-85270-338-5.
  7. ↑ Моисеев, 1991, с. 7.
  8. ↑ Бобров Л. А. Закат «Последней Кочевой империи». Военное дело джунгар середины XVIII в. // PARABELLUM novum: военно-исторический журнал : Журнал. — 2022. — № 17. — С. 6.
  9. ↑ Ерофеева, 2010, с. 493.
  10. ↑ Акишин М. О. Джунгарское ханство во внешней политике Петра Великого // Paleobureaucratica. Сборник статей к 90-летию Н. Ф. Демидовой : Журнал. — М.: Древлехранилище, 2012. — С. 6—28.
  11. ↑ Златкин, 1983, с. 68.
  12. ↑ M. Nyamaa. Khövsgöl aimginn lavlakh toli (монг.). — Ulaanbaatar, 2001. — С. 165.
  13. ↑ 13,0 13,1 M. Nyamaa. Khövsgöl aimginn lavlakh toli, Ulaanbaatar 2001, p. 165f
  14. ↑ Ширнэнбаньдийн Адьшаа. «Галдан Бошигт хаан», УБ, 2006.
  15. ↑ Чимитдоржиев, 1979, с. 33.
  16. ↑ Ed. Reuven Amitai-Preiss, David Morgan. The Mongol empire and its legacy, p. 328
  17. ↑ Чимитдоржиев, 2002, с. 178—180.
  18. ↑ 18,0 18,1 18,2 18,3 Бобров, 2019, с. 367.
  19. ↑ Златкин, 1983, с. 151.
  20. ↑ Златкин, 1983, с. 152.
  21. ↑ Чимитдоржиев, 2002, с. 38.
  22. ↑ Ерофеева, 2010, с. 510.
  23. ↑ Martha Avery. The Tea Road: China and Russia Meet Across the Steppe (англ.). — China Intercontinental Press, 2004. — С. 104. — 198 с.
  24. ↑ Моисеев В. А. Джунгаро-казахские отношения в XVII-XVIII веках и политика России // Вестник Евразии. — 2000. — С. 24.
  25. ↑ Чимитдоржиев, 1979, с. 33—34.
  26. ↑ Бобров, 2019, с. 367—368.
  27. ↑ Советская историческая энциклопедия. В 16 томах. — М.: Советская энциклопедия. 1973—1982. Том 15. ФЕЛЛАХИ — ЧЖАЛАЙНОР. 1974.
  28. ↑ Кушкумбаев, 2001, с. 124.
  29. ↑ Кушкумбаев, 2001, с. 125—126.
  30. ↑ Кушкумбаев, 2001, с. 126.
  31. ↑ Кушкумбаев, 2001, с. 127—128.
  32. ↑ Почекаев Р. Ю. Казахстан. История. История с 5 в. по начало 20 в. // Большая российская энциклопедия (17 мая 2023). Дата обращения: 1 марта 2026. Архивировано 10 апреля 2026 года.
  33. ↑ Златкин, 1983, с. 233.
  34. ↑ Моисеев, 1991, с. 74.
  35. ↑ Ерофеева И. В. Хан Абулхаир: полководец, правитель, политик. — Алматы: Дайк-Пресс, 2007. — С. 183. — 456 с. — ISBN 9965-798-64-8
  36. ↑ Казахстан, Средняя и Центральная Азия в XVI-XVIII вв. — Алма-Ата: Наука, 1983. — С. 181. — 192 с.
  37. ↑ Моисеев, 1991, с. 103—104.
  38. ↑ Златкин, 1983, с. 226.
  39. ↑ Златкин, 1983, с. 226—227.
  40. ↑ Златкин, 1983, с. 228.
  41. ↑ Златкин, 1983, с. 225.
  42. ↑ Джунгария: таинственный враг России и Китая. Дата обращения: 4 сентября 2020. Архивировано 23 февраля 2020 года.
  43. ↑ Уметбаев Т. Ш., Тодикова М. А. Галдан-Цэрэн и Россия: 1730-е - 1740-е годы. cyberleninka.ru. Дата обращения: 23 февраля 2026. Архивировано 11 сентября 2021 года.
  44. ↑ 44,0 44,1 44,2 Российская историческая энциклопедия. Т. 4. М., 2017. С. 446.
  45. ↑ Моисеев, 1991, с. 107.
  46. ↑ Моисеев В. А. Джунгаро-казахские отношения в XVII-XVIII веках и политика России // Вестник Евразии. — 2000. — С. 36—37.
  47. ↑ Моисеев, 1991, с. 128.
  48. ↑ Кадырбаев А. Ш. К истории взаимоотношений калмыков Поволжья и ойратов Джунгарии с ногайцами, туркменами и казахами в XVII–XVIII вв. // Вестник Калмыцкого университета. — 2023. — С. 13.
  49. ↑ Кузнецов В. С. Цинская империя на рубежах Центральной Азии (вторая половина XVIII - первая половина XIX в.). — Новосибирск: Наука, 1983. — С. 17. — 124 с.
  50. ↑ Бобров, 2019, с. 369.
  51. ↑ Златкин, 1983, с. 281.
  52. ↑ Бобров, 2019, с. 398.
  53. ↑ 53,0 53,1 Златкин, 1983, с. 306.
  54. ↑ 54,0 54,1 54,2 Кукеев, 2014, с. 30.
  55. ↑ 55,0 55,1 Бутанаев В. Я. Джунгарское ханство и историческая судьба тюрков Саяно-Алтая // Хакасский государственный университет им. Н. Ф. Катанова. — 2021. — С. 227–228.
  56. ↑ 56,0 56,1 56,2 Бобров, 2019, с. 371.
  57. ↑ 57,0 57,1 Бобров, 2019, с. 372.
  58. ↑ Бобров, 2019, с. 373.
  59. ↑ Бобров, 2019, с. 373—374.
  60. ↑ Почекаев, 2019, с. 30.
  61. ↑ 61,0 61,1 Вишнякова И. В. Внешняя политика джунгарского хана Цэван-Рабдана (1698—1727 гг.). Дата обращения: 1 февраля 2013. Архивировано 4 марта 2016 года.
  62. ↑ 62,0 62,1 62,2 Бобров, 2019, с. 374.
  63. ↑ 63,0 63,1 Сатлаев Ф. А. Алтайцы // Народы России: Энциклопедия. — Москва, 1994. — С. 82.
  64. ↑ 64,0 64,1 История Хакасии с древнейших времен до 1917 года / Л. Р. Кызласов. — Москва, 1993. — С. 164.
  65. ↑ Бобров, 2019, с. 376.
  66. ↑ 66,0 66,1 66,2 66,3 Чернышев А. И. Общественное и государственное развитие ойратов в XVIII в.. — М.: Наука, 1990. — С. 74. — 135/140 с.
  67. ↑ Китинов, 2020, с. 173.
  68. ↑ Миллер Г. Ф. История Сибири. — Москва, 2005. — Т. 3. — С. 333.
  69. ↑ История Востока: Восток на рубеже средневековья и нового времени.. — Москва, 2000. — Т. 3. — С. 567.
  70. ↑ Бутанаев В. Я., Худяков Ю. С. История енисейских кыргызов. — Абакан, 2000. — С. 160.
  71. ↑ Златкин, 1983, с. 237–238.
  72. ↑ Бобров, 2019, с. 387.
  73. ↑ Беляев В. А., Настич В. Н. Медные пулы Джунгарии XVIII в. www.charm.ru. Дата обращения: 22 апреля 2024. Архивировано 21 февраля 2025 года.
  74. ↑ Почекаев, 2019, с. 31.
  75. ↑ 75,0 75,1 Почекаев, 2019, с. 32.
  76. ↑ Почекаев, 2019, с. 33.
  77. ↑ Кукеев, 2014, с. 27.
  78. ↑ Бобров, 2019, с. 392.
  79. ↑ 79,0 79,1 Бобров, 2019, с. 393.
  80. ↑ 80,0 80,1 80,2 80,3 Скобелев С. Г. Демографические последствия завоевания Джунгарии войсками империи Цин // Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: История. Филология : Журнал. — 2010. — С. 219—235.
  81. ↑ Потапов Л. П. Этнический состав и происхождение алтайцев. Историко-этнографический очерк. — Л.: Наука, 1969. — С. 115. — 196 с.
  82. ↑ Бобров, 2019, с. 382.
  83. ↑ Бейшеналиев Т. О. О пространственной метаструктуре джунгарского ханства в XVII–XVIII веках (по китайским источникам) // Вопросы востоковедения и востоковедного образования.. — Бишкек: Гуманит. ун-т, 2003.
  84. ↑ Гуревич Б. П. Международные отношения в Центральной Азии в XVII – первой половине XIX в.. — М.: Наука, 1983. — С. 57. — 310 с.
  85. ↑ 85,0 85,1 Бобров, 2019, с. 377.
  86. ↑ Бобров, 2019, с. 378.
  87. ↑ Бобров, 2019, с. 383.
  88. ↑ Ерофеева, 2010, с. 496.
  89. ↑ Белоконев М. А. Возникновения буддизма у ойратов // Калмыцкий филиал федерального государственного бюджетного образовательного учреждения инклюзивного высшего образования" Московский государственный гуманитарно-экономический университет" : Журнал. — 2021. — С. 369—371.
  90. ↑ Колосова И. В. Буддизм в Центральной Азии и России: история и современность // Проблемы постсоветского пространства. — 2020. — С. 242—243.
  91. ↑ Ерофеева, 2010, с. 499.
  92. ↑ Ерофеева, 2010, с. 500—501.
  93. ↑ Ерофеева, 2010, с. 505—507.
  94. ↑ Ерофеева, 2010, с. 514—515.
  95. ↑ Ерофеева, 2010, с. 519—520.
  96. ↑ Ерофеева, 2010, с. 497.
  97. ↑ 97,0 97,1 97,2 97,3 97,4 Ерофеева И. В. Буддийские монастыри ойратов в Семиречье (середина XVII—середина ХІХ в.) // Mongolica-XVIII. — СПб.: Петербургское востоковедение, 2017. — С. 35—48.
  98. ↑ Ерофеева, 2010, с. 515—516.
  99. ↑ Мокеев, 2010, с. 173, 217.
  100. ↑ Кукеев Д. Г. Влияние религии на политическую деятельность Цэван-Рабдана (конец XVII - начало XVIII в.) // Научная мысль Кавказа : Журнал. — 2011. — С. 113.
  101. ↑ Моисеев, 1991, с. 52.
  102. ↑ 102,0 102,1 Бобров, 2007, с. 63.
  103. ↑ Потапов Л. П. Очерки по истории алтайцев. — М., 1953. — С. 137.
  104. ↑ 104,0 104,1 Бобров, 2007, с. 67.
  105. ↑ 105,0 105,1 105,2 105,3 105,4 105,5 Бобров, 2007, с. 69.
  106. ↑ Бобров Л. А. Закат «Последней кочевой империи»: Военное дело джунгар середины XVIII века // «PARABELLUM novum». № 17 (50). — СПб., 2022. — С. 14—15.
  107. ↑ Златкин, 1983, с. 190.
  108. ↑ Златкин, 1983, с. 194.
  109. ↑ Материалы по истории русско-монгольских отношений 1685—1691. — М., 2000. — С. 349.
  110. ↑ Хойт С. К. Белые пятна в этногенезе дэрбэт // Молодежь и наука: третье тысячелетие. Материалы II республиканской научно-практической конференции (Элиста, 30 ноября 2005 г.) // Джангар. — Элиста, 2006. — С. 104—122. Архивировано 30 мая 2019 года.
  111. ↑ Хойт С. К. Данные фольклора для изучения путей этногенеза ойратских групп // Международная научная конференция «Сетевое востоковедение: образование, наука, культура», 7-10 декабря 2017 г.: материалы // Изд-во Калм. ун-та. — Элиста, 2017. — С. 286—289. Архивировано 31 декабря 2019 года.
  112. ↑ Бобров, 2019, с. 364.
  113. ↑ 113,0 113,1 113,2 Очиров У. Б. Джунгарское Ханство, которое было ханством: критика одной статьи Дзюнко Мияваки // Oriental Studies : Журнал. — 2016. — С. 135—145.

Литература

На русском языке

На иностранных языках


Статья основана на материале «Джунгарское ханство» русской Википедии, версия от 2026-09-29. Авторы — участники Википедии, история правок. Текст доступен по лицензии CC BY-SA 4.0.
Источник — https://vion.tail5ecd76.ts.net/index.php?title=Джунгарское_ханство&oldid=2123